Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

Володин Алексей: «Прощай ГМО — прощай ВТО?»

После вступления России во Всемирную торговую организацию (22 августа 2012 года) российский рынок, согласно нормам ВТО, должен пересмотреть своё, скажем так, отношение к генетически модифицированным продуктам или ГМО (генетически модифицированным организмам), фактически объявив их безопасными для здоровья человека.

Для справки: процесс генерации ГМО состоит в создании на молекулярно-генетическом уровне систем вне живого организма (к примеру, растения) с последующей «подсадкой» этих искусственно созданных систем в живые организмы. Цель такого процесса - создание из ГМО генетически модифицированной пищи (ГМП) для того, чтобы растущее по своей численности человечество не испытывало нехватки в продуктах питания. На начальном этапе планировалось, что пища, созданная на основе ГМО с помощью человека, станет настоящей пищевой панацеей для беднейших стран мира (от Гаити до Сомали, от Афганистана до Судана).



Растения, полученные на основе создания ГМО, обычно обладают повышенной устойчивостью к воздействию грибков, насекомых; они способны выживать в засушливых районах, требуя для полива минимум воды, или не требуя её и вовсе, насыщаясь минимальными объёмами влаги из почвы.

Collapse )

Председатель ВАК Владимир Филиппов: «В России закроется до 40% диссертационных советов»



МОСКВА, 21 февраля. /Корр. ИТАР-ТАСС Леонид Смирнов/. В России в этом году будет закрыто 30--40% диссертационных советов. Такой прогноз высказал председатель Высшей аттестационной комиссии (ВАК) Владимир Филиппов на заседании Ассоциации ведущих вузов России.
Collapse )

Евгений Супер: «Биохимия предательства—предвестник наступательной операции на идеологическом фронте»


Фильм «Биохимия предательства» за несколько дней собрал массу противоположных отзывов, став темой номер один для обсуждений в интернете. Для нас он ценен в первую очередь именно этим — возможностью на глазок прикинуть, сколько потенциальных предателей нас окружает и какой логикой они сегодня руководствуются.
Collapse )

"В Новосибирске появится транспорт"



В Новосибирске может появиться аэроэстакадный транспорт, скорость которого будет достигать 600 километров в час.

С таким предложением выступили в пятницу ученые Сибирского научно-исследовательского института авиации имени Чаплыгина.

Collapse )

Путин поручил правительству обеспечить годовой мораторий на распоряжение имуществом РАН

sporschiki

МОСКВА, 15 декабря. /ИТАР-ТАСС/. Президент России Владимир Путин поручил правительству РФ обеспечить годовой мораторий на распоряжением имуществом Российской академией наук /РАН/. Как 15 января сообщается на сайте Кремля, такой пункт содержится в списке поручений главы государства кабинету министров по итогам прошедшего в конце декабря заседания Совета по науке и образованию.

"Правительству РФ… обеспечить сохранение структурной целостности, имущества и кадровых ресурсов организаций, находившихся в ведении Российской академии наук, Российской академии медицинских наук и Российской академии сельскохозяйственных наук, в течение года со дня их передачи в ведение Федерального агентства научных организаций /ФАНО/ ", - указано в документе.

Ввести годовой мораторий на решение имущественных и кадровых вопросов в связи с реформой РАН и созданием ФАНО сам Путин предложил еще в октябре 2013 года. Однако выступая на Совете в декабре, глава академии Владимир Фортов пожаловался президенту на "бурный поток желающих поуправлять /этим/ имуществом". "Во всяком случае, я просил бы и считаю полезным подкрепить Ваше устное мнение поручением правительству по практической реализации моратория", - обратился тогда Фортов к Путину.

Передача собственности РАН в ведение ФАНО

8 января председатель правительства РФ Дмитрий Медведев утвердил перечень из 1007 организаций, которые будут переданы в ведение Федерального агентства научных организаций (ФАНО). Согласно распоряжению, "на ФАНО России возлагаются обязанности по исполнению функций и полномочий собственника федерального имущества, закрепленного за указанными организациями, а также полномочия учредителя указанных организаций". Такое решение, поясняется в документе, направлено на повышение эффективности работы указанных учреждений и является одним из шагов по реализации закона об реорганизации РАН.

Реформа РАН: от идеи к реализации

Законопроект о реорганизации Российской академии наук был внесен правительством РФ в Госдуму в конце июня этого года и, претерпев значительные изменения при прохождении в парламенте, был подписан президентом 27 сентября. Реформа академической науки вызвала большой резонанс в сообществе ученых.

Как принимали новый закон. Хронология

Решающую роль в этом вопросе сыграли встречи президента РФ Владимира Путина с новым президентом академии Владимиром Фортовым, которые позволили снять многие разногласия.
В соответствии с новым законом, академия является государственным бюджетным учреждением, функции учредителя и собственника федерального имущества РАН исполняет правительство РФ через вновь созданное Федеральное агентство научных организаций. Предусмотрено объединение РАН с Российскими академиями медицинских и сельскохозяйственных наук (РАМН и РАСХН).

Источник: itar-tass.com

Газета 1+1

Центр урбанистических исследований откроется в "Сколково"

KMO_129835_00290_1_t210

В 2014 году при Московской школе управления «Сколково» откроется исследовательский центр, который займется вопросами урбанистической тематики, ректор школы Андрей Шаронов.

«Я попытаюсь трансформировать интерес к урбанистической теме в деятельность «Сколково». То есть, скорее всего, у нас появится исследовательский центр, который займется некоторыми аспектами урбанистической тематики. В следующем году мы определимся, структурируемся и двинем вперед», - сказал Шаронов в интервью РИА «Новости».

Работавший до середины сентября вице-мэром Шаронов напомнил, что пока в «Сколково» не проводятся исследования по урбанистике, однако потребности города ставят задачу формирования собственной школы и собственного исследовательского центра.

«У нас три научных центра - энергетический, образовательный и центр быстрорастущих рынков с фокусом на странах БРИКС. Урбанистическая тема, на мой взгляд, очень популярна в мире, актуальна для нас и не очень засиженная с точки зрения современных исследований. В России ни одного такого центра нет. Города растут, такой центр нужен», - отметил Шаронов.

По его словам, правительство Москвы уже инициировало урбанистическое исследование, однако оно проводится группой международных экспертов.

«В этом году мы собрали международную команду, в которой более 20 мировых экспертов проводят исследования по десяти городам мира, в том числе по Москве. Исследуется тема развития периферии - территорий, находящихся за пределами города. Мы пытаемся свести это в один документ, который будет представлен на урбанистическом форуме в Москве 5 декабря», - сказал ректор «Сколково».

Фокусом этого исследования является городская периферия.

«Мы почувствовали, что для города это важно. Проблемы у всех городов разные - у кого-то на периферии трущобы. Московская периферия смотрится весьма благополучно. Но и у нас свои проблемы: стремительно стареет жилой фонд, и его столько, что с ним, как с хрущевскими пятиэтажками, не поступишь. Это огромные дома, и выше строить не позволяют ограничения. И внятных ответов, где брать деньги, у нас пока нет. Серьезный вызов», - рассказал он.

«Ну и проблема того, что у нас на окраинах либо промышленные районы, либо только жилые. Нам нужно это разбавлять - это должен быть мини-город, в котором должны быть жилье, рабочие места, поликлиники, магазины, парки, образовательные учреждения, чтобы человек мог максимально там удовлетворять свои каждодневные потребности, не садясь в общественный транспорт. Помимо всего прочего, это просто комфортно», - добавил собеседник агентства.

Московский урбанистический форум пройдет в российской столице 5-7 декабря. Его главными темами станут экономика и развитие городской периферии, использование опыта городов стран с быстрорастущей экономикой, а также анализ миграционных процессов на жизнь и экономику современных городов.

Источник: vz.ru

Газета 1+1

Асад: Нобелевскую премию мира должны были дать мне



Ливанская газета Al-Akhbar опубликовала выдержки из записей бесед президента Башара Асада с гостями сирийской столицы.

Асад якобы высказал суждения по множеству тем, связанных с сирийским конфликтом, но наибольший интерес представляют его размышления о химическом разоружении Сирии.

Президент Сирии сообщил, что "политика – лучшая, чем любой военный арсенал защита”. Международные баланс сил – лучшая гарантия сохранения Сирии, доказательством чему является последовательность позиций Китая и России на протяжении всего сирийского кризиса. Асад заявил, что сирийское химический арсенал давно потерял свою актуальность, в качестве основного средства сдерживания, по трем причинам.

Во-первых, сирийские ракеты могут парализовать израильские аэропорты и военные базы в первые же минуты войны.

Во-вторых, за прошедшие два десятилетия был зафиксирован значительный прогресс в методах защиты и излечения от последствий химических атак. Примером тому является сама Сирия – после химических атак мятежников сирийские солдаты уже через два дня были в состоянии вернуться на поле боя. Асад заявил, что Сирия прекратила производство химического оружия в 1997 году и сделала упор на развитие конвенциональных вооружений, которые рассматриваются в качестве решающего фактора на полях сражений. Асад объяснил, что он таким образом реорганизовал структуру вооруженных сил, что их ядром теперь является ракетная мощь.

В-третьих, в Сирии идет внутренняя война. Асад сказал: "Нет никакого сомнения в том, что потеря химического оружия – моральное и политическое поражение”. В 2003 году Дамаск поднял вопрос о превращении Ближнего Востока в зону, свободную от оружия массового поражения. Тогда ценой отказа Израиля от ядерного арсенала было химическое оружие Сирии. Сегодня обстановка изменилась. Химическое оружие – та цена, которую пришлось заплатить за то, чтобы не допустить агрессии против Сирии. Асад пошутил: "Нобелевскую премию мира надо было дать не Организации по Запрещению Химического Оружия, а мне”.

Источник: 3mv.ru

Газета 1+1

Алексей Торгашев: "Попытка разгрома РАН: наука нашла ответ"

41d4774d779a8c7a4c66

Законопроект о реформировании академической науки, прошедший два чтения в Государственной думе, вызвал сопротивление всего научного сообщества. В конце августа на конференции научные сотрудники РАН разгромили саму идею реформирования по правительственному образцу и предложили альтернативы
Попытка разгрома РАН: наука нашла ответ Реформа РАН,Долгосрочные прогнозы,Россия

«Сегодня самый лучший день, сегодня битва с дураками», — гремит песня Макаревича в большом конференц-зале в здании Президиума РАН на Ленинском проспекте. Зал забит до отказа, а люди все прибывают.

— Когда на сайте зарегистрировались 2500 человек, запись прекратили, сюда просто больше не влезет, — разговаривают рядом ученые, выискивающие свободное место.

Событие, собравшее такое количество народа, называется длинно и не очень литературно: конференция научных работников Российской академии наук «Настоящее и будущее науки и России. Место и роль Российской академии наук». Но по сути событие историческое.

Конечно, ученые иногда высказывали свое недовольство решениями правительства. Но чтобы в таких масштабах…

— 26 июня в семь часов вечера меня вызвали в правительство, мне был показан этот закон, и было сказано, что его нужно принимать, нет никаких вариантов, — рассказывал на конференции президент РАН Владимир Фортов. — Мы всю ночь просидели — я, Ливанов, Голодец, Хабриева — в Министерстве науки, пытаясь найти какие-то разумные вещи в этом законе. Выяснилось, что мы не можем найти никакого компромисса. Почему? Потому что этот закон убивает Академию. Он делает из Академии клуб ученых. Этот закон передает институты и коллективы людей под управление менеджера, который, как мы все хорошо понимаем, управлять не сможет и приведет к разорению и гибели Академии.

Законопроект, напомним, передавал всю собственность Академии в некое агентство, которое стало бы распоряжаться институтами и землями. К РАН добавляли Сельхозакадемию и Академию медицинских наук. Директоров институтов по задумке министерства должно было назначать агентство и так далее и тому подобное. Мотивировали его подачу в министерстве тем, что Академия устарела и работает неэффективно. Документ между тем готовился в тайне, а авторы его до сих пор неизвестны. Его секретная разработка и спешное внесение, внезапный вечерний вызов президента Академии в министерство представляли собой, по сути, спецоперацию.

Фортову не удалось договориться с министром Ливановым, в результате 27 июня законопроект представили в Государственной думе, а уже на следующей неделе он прошел два чтения. Однако уже на той стадии ученым, которые смогли консолидированно выступить против законопроекта о «реформе РАН», удалось частично скорректировать документ. Госдума разошлась до осени, а сотрудники Академии продолжали разрабатывать свои варианты развития науки.

Конференцию подготовил оргкомитет, в котором главную роль играют знаменитые физики Владимир Захаров и Валерий Рубаков, а вообще-то готовили ее всем миром и за считанные недели. Получилось эффектно и красиво. Были заявлены три темы: собственно о законопроекте, о результативности в науке и об альтернативных проектах реформы, которые предлагают сами ученые.

Настроения ученых хорошо передает лексика выступления Фортова: «Конференция отражает ту борьбу, которую ведут сегодня все ученые против попыток бюрократического управления Академией <…>. Возник единый фронт, Ливанов в каком-то смысле сплотил нас всех, кроме небольшого количества конформистских людей <…>. Противники наши тоже действуют».

По сути же Фортов считает, что уже после его встречи с Путиным ситуация сильно изменилась, теперь диалог с властью налажен, и законопроект, скорее всего, вернут во второе чтение. А там можно будет внести в него поправки, которые уже подготовило научное сообщество. Около двухсот поправок.

Выступление Фортова было самым мягким из десятков докладов, которые прошли в эти два дня.

В коротком перерыве я нагнал в курилке академика Валерия Рубакова и спросил его:

— Чем все это закончится? Позиций я вижу две: отозвать закон или отправить его во второе или в первое чтение и внести многочисленные поправки.

— Не знаю. Конечно, самым правильным было бы отозвать. Со всеми поправками, которые мы вносим, там остается множество мутных вещей. Например, что это такое — создается при правительстве какое-то учреждение, распоряжающееся имуществом? Ну вот что это?! Надо создавать министерство науки, независимое от министерства образования, которое занималось бы наукой, а не только имуществом. В том виде, в каком закон есть, он губителен, с поправками он будет странным. С ним, наверное, можно будет жить, но очень странно.

— А есть план «Б»?

— План «Б» — это как раз поправки.

— Но я вижу, что Фортов как раз на него настроен…

— У него сложное положение. Наше дело — обеспечить его правильной резолюцией, которая выразит общее мнение, а он уже пусть политикой занимается.

В перерыве с коротким — буквально несколько песен — концертом выступили барды Александр Городницкий и Тимур Шаов. Городницкий вообще-то океанолог и до последнего времени был завлабом. — Скажите, это небесполезно все? Кто победит? — спросил я у него.

— Как писал один великий поэт, «пускай наносит вред врагу не каждый воин, но каждый в бой иди! А бой решит судьба». Надеюсь, что мы победим. Они сделали один ложный ход, вот эти идиоты, которые придумали эту реформу. Они решили, что академиков можно подкупить. А все отказались и встали на защиту Академии. Слава богу, народ оказался не безгласный. Это просто заговор нескольких чиновников с целью свести личные счеты и завладеть имуществом Академии наук. В законопроекте вообще ни слова нет о судьбе научных работников, о низком уровне зарплаты. Об этом никто не думает! Я считаю, что это вообще преступление. В первую очередь это подрывает обороноспособность страны, о чем говорил Алферов, это разрушает социальный расклад в стране, потому что молодежь уезжает и уходит в бизнес.

— Как вам позиция руководства РАН? Видно, что у Фортова она недостаточно жесткая…

— Я ему сочувствую, он в сложном положении. Дай бог ему найти взаимопонимание с Госдумой. Но я считаю, что этот закон в принципе не годится. Мне не хотелось бы думать о том, что будет, если мы своего не добьемся и закон примут. Это была бы катастрофа.

В целом в первый день до резолюции говорили о том, что законопроект не нужен, а нужен совершенно другой закон о развитии науки, в обсуждении которого примет участие все научное сообщество, да и вообще все общество страны.

Жорес Алферов удивил рассказом о том, как он годами добивается встречи с президентом Путиным, назвал законопроект «оскорблением всего научного сообщества» и зачитал письмо ряда нобелевских лауреатов в поддержку РАН.

— С моей точки зрения, нельзя идти на обсуждение конкретных пунктов. При обсуждении конкретных пунктов нас все равно обманут дальше. Требуется другой закон — о развитии науки и технологии в России, — сказал единственный живущий в России нобелевский лауреат в естественных науках.

Доктор Леонид Рошаль сыпал афоризмами:

— Настоящее и будущее науки сформулируем так: настоящее замечательное, будущее еще хуже. Согласен с одним предложением: поднять ваше довольствие до 50 тысяч <…> Нельзя идти ни на какие уступки. Закон в этом виде вообще не нужен. Кто со мной согласен, поднимите руки.

Руки подняли дружно, ни одного против. А когда голосовали за резолюцию, все-таки было человек тридцать, которые ее не поддержали. Кому-то она показалась слишком мягкой, кому-то наоборот. Основные требования — отозвать закон или вернуть его в первое чтение.

Было бы нелепо таким умным людям, которые собрались в этом зале, просто отвергнуть законопроект. На бюрократическую спецоперацию они ответили как гражданское общество. Поэтому, быстро приняв первую резолюцию, ученые еще полтора дня представляли свои соображения на две темы: хороша или плоха наука в России и какие реформы ей нужны. Отдельный разговор — об альтернативных проектах. Предложений, проработанных до таких деталей, как, например, сколько должно присутствовать сотрудников-неакадемиков на общем собрании РАН, оказалось на несколько сотен страниц. Решили создать комиссию для обобщения и проработки одного-двух проектов. Действовать согласились быстро, чтобы успеть представить к общему экстренному собранию РАН 9 сентября.

Конечно, правительственный наскок подтолкнул самореформирование Академии. Но не будем забывать, что этот наскок случился сразу после выборов нового президента РАН с собственной весьма реформистской программой. Так что в этом конфликте у Академии изначально была свежая стратегия, которая теперь развивается методом широкой коллегиальности, хоть и в непростой обстановке.

Источник: expert.ru

Газета 1+1

Омский учёный изобрёл радиостанцию работающюю под землёй

IMG_8930

Как в нашем городе создать настоящую инновацию? Омский учёный Дмитрий Федосов приоткрыл завесу тайны читателям «АиФ»

Об инновационной средневолновой радиостанции работающей в шахтах под землёй, изобретении омских учёных, мы уже писали ранее. Но поскольку о выдающихся достижениях омской науки читателям слышать приходится редко, наши корреспонденты решили встретиться с Дмитрием Федосовым, создателем инновационного продукта, и поговорить об омской науке. Вернее о том, почему действительно выдающиеся изобретения создают энтузиасты, а у классической науки наступил кризис идей.

Не на коленке сделали!

omsk.aif.ru: – Дмитрий Витальевич, Вашу небольшую компанию, которая умудрилась создать продукт, аналогов которого нет, пожалуй, можно сравнить с большими западными компаниями, которые начинались в гараже. Насколько это трудно создать инновацию буквально на коленке?

Дмитрий Федосов: – Нет, я бы не сказал, что мы работали на коленке. Я вообще не верю, что многое можно сделать на коленке. В гараже можно выточить одну деталь, сделать одно изделие. Но потом повторить в массовом порядке невозможно! Пройти путь от первого образца до серии – трудно, многие изобретения теряются на этом пути. А мы сразу ставили задачу, что мы будем идти до промышленного производства. Любую детальку можно на рынке у мужиков купить. Но это всё на глаз. А в серийном производстве нужно найти поставщиков для каждой детали, определить из какого металла она должна быть, как будет взаимодействовать с другими узлами продукта.

А если какую-то деталь мы не нашли – а мы многое не нашли – то приходилось организовать самостоятельное производство. В итоге, последний год мы искали возможность получения материалов нужного качества и количества для наших радиостанций. У нас в приборе более тысячи деталей.


omsk.aif.ru: – Железо железом, но наверняка не хватало и навыков и знаний?

Д.Ф.: – Когда начинаешь собирать изделие – ты понимаешь, что у тебя не хватает технологических знаний. А самое главное, что их ни у кого нет! Очень много информации нужно добывать самому. Зато мы приобрели багаж информации, которую ни у кого нельзя получить. Я считаю, что небольшие фирмы, занимающиеся научными разработками, неизбежно будут проходить через собственное набивание шишек. Но эти шишки несут пользу.

omsk.aif.ru: – Так зачем производить самим? Изобретение есть, можно его продать специалистам…

Д.Ф.: – Наша стратегия и состоит в том, чтобы заниматься производством. Нам советуют: продайте своё изобретение, мы всё сделаем. Но если нам работать как конструкторскому бюро: разработали новинку – продали, то нужно понимать, что изобретение до ума не доведут. Ты должен сам уметь всё сделать. Изобретателю необходимо помучится, довести первую серию до ума. А если опытное производство заберут у разработчика – то он будет оторван от процесса, что плохо может сказаться на качестве изделия. К тому же мы более независимые. Например, если бы я пришёл на завод и заказал производство своих радиостанций, то я бы зависел от этого завода. А если на предприятие пришёл бы большой госзаказ и оно тут же отодвинуло наш? Это рушит всякий бизнес. Поэтому иметь собственное производство, которое в любом случае тебя прокормит, очень полезно. Я думаю, что мы не являемся уникальными в этом вопросе. Подобный опыт применим ко всем инновационным компаниям.

Рабы идеи

omsk.aif.ru: – Когда у вас появилась мысль создать вашу радиостанцию, которую вы уже готовите к серийному выпуску?

Д.Ф.: – Работая ещё в администрации вуза, я по вечерам мотал катушки для антенны. А ведь секрет нашего изобретения именно в антенне – они настолько эффективные, что могут работать под землёй. И эти антенны мы делали с 2004 года с другом. Он тогда был студентом-заочником, хоть и по возрасту меня не сильно младше. Он опытный радио-инженер подошёл ко мне после одной из лекций. И поговорив, мы разработали общую идею. И мы несколько лет просто где-то собирались, ходили на хитрый рынок. Пол зарплаты я каждый месяц тратил на материалы. Мы несли свои риски, но идея горела в нас. Учёные говорят, что могут идеи генерировать каждый день, но это значит что их идеи ничто! Я тоже могу генерировать идеи каждый день. Но если появляется стоящая идея, то я становлюсь её рабом. Я обязан её довести, откинув другие, мешающие сосредоточится на главном.

omsk.aif.ru: – Вы работаете не один. Под вашим руководством трудится целый коллектив. Как вам удалось собрать команду единомышленников?

Д.Ф.: – Это большая проблема! Многие говорят, что можно набрать студентов, дескать, они молодые и голодные до достижений. Но я не верю в то, что можно, будучи студентом, многое сделать. Все великие достижения студентов связаны только с компьютерами. В программировании проще, идея низко технологичная. А быть специалистом в технике в 20 лет невозможно. Для этого нужно где-то поработать. Поэтому у меня в коллективе нет 20-тилетних. У меня самые молодые парни 28 лет. И то, попав ко мне, они работали на производстве и получили опыт. Мне нужны те, кто паял провода и видели работу на производстве. Я работал на радиотехническом факультете и могу сказать, что все люди с кем я работаю – мои бывшие студенты, но прошедшие после выпуска школу реальной работы. И они такие же «одержимые» нашей идеей, как и я!

omsk.aif.ru: – Несколько лет Вы с коллективом кропотливо занимались тем, что подбирали материалы, искали детали, готовили изобретение к выпуску в серию. Как удалось сохранить работоспособность коллектива. Неужели никто не разочаровался в идее после первых трудностей?

Д.Ф.: – Моя задача сейчас с каждым работником общаться каждый день и подбадривать его тоже каждый день! Серьёзно. Я понял как это важно, когда тебя гладят по голове. Потому что меня никто сейчас не гладит, и я понял как это тяжело. Моральное удовлетворение от работы должно быть. Поэтому я каждый день настраиваю коллектив.

Вузовская наука – профанация

omsk.aif.ru: – В недавнем прошлом вы работали в одном из омских вузов. Почему не создали своё производство на базе вуза, а приняли решение создать самостоятельную фирму? Так ведь было бы проще и дешевле…

Д.Ф.: – Я заметил, что практически все вузовские компании нежизнеспособны, и они быстро умирают. Если они остаются в вузе. Трудно быть в бизнесе и чуть-чуть преподавать. Тогда тебе уже без разницы дойдёт твоё изобретение до серии или нет. У вас есть и другие источники финансирования, зарплата и гранты. А для нас серийное производство жизненно необходимо – иначе мы прогорим и разоримся. Я убеждён, что в нашем деле нельзя иметь запасной аэродром! Люди, которые отрывались от вузов, чего-то достигали. С другой стороны, можно сотрудничать с вузом, но не на тех основаниях, что ты без вуза жить не можешь – это сразу демонстрирует нежизнеспособность бизнеса. С вузом можно сотрудничать на взаимовыгодных условиях, а не быть рыбами прилипалами. Выживает в настоящем бизнесе тот, кто и без вуза выживет. А если всё завязано на университете – то можно сразу сказать, что никогда не будет серии и развития.

omsk.aif.ru: – А может вузовским учёным оно и не нужно? Получили грант, распилили и все дела…

Д.Ф.: – Да, в вузе не надо, зачем им надо? У людей есть зарплата, а вузовский бизнес это лишь повод ещё чуть-чуть укусить! Я сам ушёл из вуза из-за того, что у меня начался конфликт интересов. Я занимался коммерциализацией и занимался подачей заявок на конкурс. Но кроме этого мы жили своей технологией. Правда, мы на неё денег не брали. Получил зарплату – пошёл, купил детали – пришёл домой, проверил, работает или нет. Когда я создал свою компанию, мне удалось получить грант. Без вуза, самостоятельно. И на полученные деньги я решил нанять вузовских работников – а результат меня не устроил. На бумаге то всё написано, а мне не нужно на бумаге, мне нужен действующий макет.

Результат стал появляться, когда стал формироваться свой собственный коллектив. Оторванный от чего бы то ни было! Приглашённые сотрудники рассуждают так: «ага, я пришёл, мне тут 10-20 тысяч добавляют, а я ещё там стрельну денег, и вот там». И получается, что могут работать и создавать продукт только люди, объединённые общей идеей и бюджетом. А ещё тогда я узнал, как распознать настоящего инноватора!

omsk.aif.ru: – И как же?

Д.Ф.: – Я обнаружил 2 признака. Если их нет, то человек не инноватор и ничего у него не получится. Я спрашивал у вузовских коллег, кто такой инноватор, и они мне говорят: «инноватор – это человек, который обладает большой широтой ума, каких-то знаний, он целеустремлённый и ещё какой-то там». А я говорю, что это не признак инновационности. Инновационность никакого отношения к уму и высоким технологиям не имеет. Это относится к сфере организации процесса.

Первый признак инноватора – это «огораживание». То есть ты ставишь забор и отделяешься. У тебя должна быть своя лаборатория, она ни от кого не зависит, и ты сам за неё платишь! Это не то, что тебе дали, а могут и отобрать! Второй признак – это свой созданный коллектив, который работает над идеей. А в значительной части компаний, которые получали деньги, коллектива нет вообще. Да, гранты делятся, но все люди привлечённые просто для того, чтобы писать отчёт. У всех есть запасные аэродромы, и вряд ли у них что-то получится в этом проекте. Ну и потом многие вузовские компании являются карманными для руководства и существуют для того, чтобы освоить грант и потом закрыть фирму.

Липовые «доктора»

omsk.aif.ru: – Тогда зачем вообще нужна стране вузовская наука, чтобы пилить грант?

Д.Ф.: – Закон подразумевает, что вузовские фирмы создаются не для этого. Закон подразумевает, что у вузов есть интеллектуальная собственность, и он может её дать науке. Я сам работал в патентном отделе вуза и могу сказать, что там не всё так просто как предполагалось на бумаге. У крупных вузов каждый год есть патенты. Но кому они нужны? Да патенты есть, а применение изобретений нет! Где лицензионные договоры? А их и не будет, потому что патентуются смешные поделки и обман. А всё дело в том, что патент приравнивается к публикации для высшей аттестационной комиссии. Иными словами у вузовских работников цель не защитить интеллектуальную собственность, а в будущем защищать диссертации. А такие патенты не имеют реальной цены. Вообще наука университетская это профанация. Процентов на 90 это, к сожалению, обман государства. Вот в том же политехе 300 кандидатов наук, 80 докторов. И где их изобретения продают? Где я могу их купить? Не найдёте вы таких!

omsk.aif.ru: – Получается, что большинство разработок – показуха?

Д.Ф.: – В общем да! В вузе есть лимит патентов. Когда я ещё заведовал этой работой в университете, приходит ко мне начальник патентного отдела и говорит, что годовой бюджет на патенты закончились за пол года. Много заявок. Я смотрю эти заявки и вижу: один человек предлагает 20 патентов пневматической подвески. Одинаковых! А тогда в вузе платили за патенты и начисляли какие-то баллы за это. Получается какой-то троллинг: у человека за счёт вуза будет 20 ваковских публикаций. Я его вызываю и говорю, что оплачивать это не будем. Он возмутился: дескать, нужная вещь. Ну а раз он придумал такую важную штуку, а у вуза нет на неё денег, то я подарил её ему. Думаю, пусть сам её патентует, и вуз не будет иметь на неё никаких прав. Но он почему-то этого не стал делать…

Главное – «железка»!

omsk.aif.ru: – Есть учёные, которые готовы поделиться идеей, но сами реализовать её не могут. Такая идея может погибнуть, как им помочь?

Д.Ф.: – А почему кто-то должен приходить и развивать идею? Идея может оказаться неудачной, нетехнологичной. Учёный хочет, чтобы ему помогли, потому что сам боится рисков. А вообще идея ничего не стоит! Если ты считаешь, что она что-то стоит – брось преподавание и иди её реализовывать. Потому что стоящая идея дороже, чем условно научить трёх олухов физике. Если твоя идея поможет миру, то посвяти себя внедрению идеи. Никто не будет за тебя этого делать! Никто и никогда. Но реализовать свою идею нужно самостоятельно. Ведь если ты ещё и в вузе работаешь, тогда начальство может прийти к тебе и сказать: «что-то у тебя всё не так!». И тогда ты будешь вынужден делать вывод: начальству университета подчиняться или идее будешь подчиняться. И не факт, что ты выберешь идею! Ты понимаешь, что здесь тебе худо-бедно платят, а идею можно и другую придумать. И всё, никакой инновации не получится!

omsk.aif.ru: – И что делать учёному, если начальство в его идею не верит, а самостоятельное плавание он начать боится. Вдруг не получится. Его же убедили, что его разработка никому не нужна…

Д.Ф.: – Ни в одну идею никто не верит. Вот Маркони и Попов изобретали радио. А им никто не верил. Это стандартная ситуация: если у тебя есть что-то стоящее, то на первых порах в это никто не верит. И радио получилось потому, что Маркони положил свою жизнь на алтарь. Именно Маркони. Попов изобрёл радио, но поскольку он был вузовским профессором, то он просто придумал идею и забыл. А Маркони был молодым и добивался своего. Подавал патент в Италии. Но его спросили: «а зачем твоё изобретение нужно?». И он пытался им объяснить что-то про беспроводной телеграф. А людям это не понятно: зачем беспроводной, если есть проводной, и он работает. И тогда учёному пришлось уезжать в Лондон, чтобы там сражаться с научными бюрократами и добиться жизни для своей разработки. И вот такие люди чего-то стоят. А в вузах товарищи предлагают либо чепуху, либо не готовы свою идею отстаивать.

omsk.aif.ru: – Странно, наш город считается научным центром. У наших учёных высокий индекс цитируемости, а изобретений нет…

Д.Ф.: – У нас считается, что если ты крутой учёный, то тебя очень часто цитируют. А я пришел к иному выводу. Я последние два года вообще ничего не публикую. Потому что все опыты провожу за свои деньги, чтобы использовать для своей разработки. Так зачем мне рассказывать технологические секреты? Я подумал, что несовместима пышная наука с реальной практикой, которая идёт на пользу мира. Отдельные публикации могут быть, но пока ты не запатентовал своё изобретение, вряд ли ты расскажешь миру подробности.

omsk.aif.ru: – Получается все научные книжки – ничего не стоят?

Д.Ф.: – Результат научного труда – это готовая «железка». Нет её – плохо. 20 лет работал и результата на практике нет – в тюрьму! Сколько денег выделяли, а всё куда ушло? Своровал? А у нас все заслуженные деятели науки, пишут целыми днями монографии. Стоят эти тома на полке, а толку то? Применение где? Я думаю, что правильно задумана реформа РАН. Может она не совсем удачная по форме. Но откладывать её нельзя. Я бы вообще провёл аттестацию на докторскую степень заново. И задал бы единственный вопрос: где используются результаты работы? Если у тебя контракты на 3-5 млн, значит ты можешь претендовать на звание доктора наук. Если у тебя нет лицензионных платежей, то твои разработки никому не нужны и ты точно никакой не доктор! И в Омске настоящих докторов наук не больше 2. А остальные наши «доктора» только и делают, что ездят по симпозиумам и рассылают, в том числе и на коммерческой основе, свои тексты в журналах. Но от количества публикаций учёными не становятся.
Омский метрополитен покорился инновационной антанне. Фото Дмитрия Шарыпова

omsk.aif.ru: – В СМИ появилась информация, что в вашей компании недавно прошли обыски…

Д.Ф.: – После того как появилась первая информация, что мы двигаемся вперёд, что опустились в шахту и у нас всё работает – нас завистники просто «заказали». Ещё в 2010 году зимой меня приглашали в «Серый дом» на Ленина, 2. Проверяли нашу деятельность. Полицейские говорят, что заявление на нас поступило. Правда, анонимное: от заслуженных деятелей науки Омской области. А у нас, что 1937 год? Почему анонимка так активно работает? Но я-то знаю, кто это сделал! Я и полицейским сразу всех заказчиков и назвал. Так те меня больше и не вызывали никогда. Но работать стало намного сложнее. Часть компаний с нами отказалось работать из-за этого.

А как-то Росфиннадзор приходил и проводил проверки. Якобы мои конкуренты написали, что наши разработки не имеют практической ценности, и гранты мы отработали зазря. Ну, для кого-то может и не имеют, а для других людей имеют! Для тех, кто видел в деле наши антенны и наши передатчики. Для них не существует мнения, что мы занимаемся чем-то ненужным. Вот у меня есть контракт с МЧС. Им хоть запишись заявлениями. Они видели смерть, и они знают, как сильно нужна связь под землёй. И только мы можем сейчас обеспечить эту связь.

Досье

Дмитрий Федосов, родился в 1972 году. Поступил на физфак ОмГУ, стал радиофизиком. В 1999 году защитил кандидатскую и работал преподавателем в ОмГТУ и впоследствии стал заместителем проректора. Создал компанию «КВ-связь». Занимается разработкой уникальной средневолновой радиостанции, которая работает даже под землёй. Аналогов в мире нет.


Источник: omsk.aif.ru

Газета 1+1

"Ни один русский учёный не имел такого широкого и благотворного влияния на русскую науку."

282530

Ива́н Миха́йлович Се́ченов (1 (13) августа 1829 — 2 (15) ноября 1905) — выдающийся русский физиолог, учёный-энциклопедист, психолог, патолог, анатом, гистолог, токсиколог, культуролог, антрополог, естествоиспытатель, химик, физико-химик, физик, биохимик, эволюционист, приборостроитель, военный инженер, педагог, публицист, гуманист, просветитель, философ и мыслитель-рационалист[1], создатель физиологической школы; заслуженный ординарный профессор, член-корреспондент по биологическому разряду (1869—1904), почётный член (1904) Императорской Академии наук. Кавалер орденов Святого Станислава I степени, Святой Анны III степени, Святого равноапостольного Владимира III степени.

Биография

Родился 13 августа 1829 года в помещичьей семье дворянина Михаила Алексеевича Сеченова и его бывшей крепостной Анисьи Георгиевны («Егоровны») в селе Теплый Стан Курмышского уезда Симбирской губернии (ныне село Сеченово Нижегородской области). «В детстве, — вспоминал он позднее, — больше отца и матери я любил мою милую няньку. Настасья Яковлевна меня ласкала, водила гулять, сберегала для меня от обеда лакомства, брала мою сторону в пререканиях с сестрами и пленяла меня больше всего сказками, на которые была большая мастерица». Из-за недостатка в большой семье средств получил только домашнее начальное образование под руководством впервые обученной по распоряжению хозяина грамоте в монастыре перед самым замужеством, но умной и деятельной матери, считавшей необходимыми математику, естественные науки, свободное владение русским и живыми иностранными языками, и мечтавшей, чтобы её, «одной из миллионов рабынь», сын стал профессором.

Окончил Главное инженерное училище в 1848 году. Его не зачислили в верхний офицерский класс, он не мог поэтому «пойти по учёной части». Он был выпущен в чине прапорщика. Просьба И. М. Сеченова зачислить его в действующую армию на Кавказе не была удовлетворена, он был направлен во второй резервный сапёрный батальон.

Через два года подпоручик Сеченов вышел в отставку и поступил вольнослушателем на медицинский факультет Московского университета. В университете он, помимо изучения медицины, также слушал лекции Т. Н. Грановского и особенно П. Н. Кудрявцева, что помогало ему стать экспертом в области культурологии, педагогики, философии, теологии, деонтологии, древней и средневековой медицины, истории в целом. Любой научный прибор, считая его, в первую очередь, предметом материальной культуры, он всю жизнь называл «историей». На 3-м курсе он увлекся психологией, считавшейся тогда разделом богословия (в православии), теологии (в иных конфессиях) и философии, и эта, по его словам, «московская страсть к философии» сыграла впоследствии важную роль в его деятельности.

Любопытно, что курс физики читал профессор Спасский М. Ф.[2], и, пусть сам Сеченов считал этот курс элементарным и по учебнику Ленца, в наше время Сеченова рассматривали как ученика и последователя М. Ф. Спасского[3]:733, хотя и И. М. Сеченов, и М. Ф. Спасский были учениками М. В. Остроградского. Самого решившего посвятить себя частной и общей патологии (анатомии и физиологии) Сеченова, уже до учёбы в университете получившего солидное инженерное и физико-математическое образование, слушавшего лекции формально жёсткого противника клинических (то есть, на пациентах) экспериментов заведующего кафедрой патологической анатомии и патологической физиологии «медицинской звезды» Алексея Ивановича Полунина, интересом к топографической анатомии заразил «самый симпатичный профессор» Ф. И. Иноземцев, под руководством которого он начал научную деятельность ещё во время учёбы, а к сравнительной анатомии и физиологии — Иван Тимофеевич Глебов. Сеченов стал мечтать о физиологии, тем более, что на старших курсах он разочаровался в эмпирической, не основанной на научной общей патологии, экспериментальной медицинской практике того времени, «учёбе у пациентов», которую даже Полунин считал естественной, а, имея солидное инженерное и физико-математическое образование, чувствовал, что сможет читать физиологию лучше, чем тяготившийся этим курсом и необходимостью согласовывать его с Полуниным любимый лектор И. М. Сеченова И. Т. Глебов, и даже думал не получать степень лекаря. Окончив по настоянию декана Н. Б. Анке полный курс обучения с правом на получение степени доктора, Сеченов сдал вместо лекарских докторские экзамены и получил степень лекаря с отличием. Когда он был на 4 м курсе, скоропостижно скончалась его мать, и он решил использовать полученное наследство, чтобы осуществить мечту матери. После успешной сдачи экзаменов в 1856 году Сеченов за свой счёт отправился за границу с целью заняться физиологией. В 1856—1859 годах работал в лабораториях Иоганна Мюллера, Э. Дюбуа-Реймона, Ф. Хоппе-Зейлера в Берлине, Эрнста Вебера, О. Функе в Лейпциге, К. Людвига, с которым его связала особо тесная дружба, в Вене, по рекомендации Людвига — Роберта Бунзена, Германа Гельмгольца в Гейдельберге. В Берлине прослушал курсы физики Магнуса и аналитической химии Розе. Для изучения влияния алкоголя на газы крови Сеченов сконструировал новый прибор — «кровяной насос», который высоко оценили Людвиг и все современные учёные, и которым впоследствии пользовались многие физиологи. (Оригинальный сеченовский «кровяной насос» в рабочем состоянии хранится в музее кафедры общей физиологии Санкт-Петербургского университета). За границей дружил с А. Н. Бекетовым[8], С. П. Боткиным, Д. И. Менделеевым, А. П. Бородиным, художником А. Ивановым, которому оказал помощь в работе над картиной «Явление Христа народу». Возможно, именно под влиянием взглядов Иванова и его друга Н. В. Гоголя укрепилась решимость И. М. Сеченова методами естествознания подтвердить учение Русской православной церкви о телесном, ввиду доказанного им единства души и тела, воскрешении при втором пришествии Христа.

За границей Сеченов не только развеял существовавшие даже среди лучших учёных Германии представления о «неспособности круглоголовой русской расы» понять современную физиологию, но и подготовил докторскую диссертацию «Материалы для будущей физиологии алкогольного опьянения», — одну из первых на русском языке, — которую успешно защитил в 1860 году в Медико-хирургической академии в Петербурге, куда к этому времени был переведён вице-президентом И. Т. Глебов. В том же году по приглашению И. Т. Глебова начал работать на кафедре физиологии этой академии, где вскоре организовал физиологическую лабораторию — одну из первых в России. За поразивший современников курс лекций «О животном электричестве» в Медико-хирургической академии — его посещали даже такие далёкие от медицины люди, как И. С. Тургенев и Н. Г. Чернышевский — удостоен Демидовской премии Петербургской АН. В начале 1862 участвовал в работе Вольного университета, затем трудился в Париже в лаборатории «отца эндокринологии» Клода Бернара, этот отпуск был, возможно, связан с арестами среди людей его круга по делам о прокламациях «Великорусс» и «Барским крестьянам от их доброжелателей поклон». В своём классическом труде «Физиология нервной системы» 1866 года подробно сформулировал своё учение о саморегуляции и обратных связях, в дальнейшем развитые теорией автоматического управления и кибернетикой, эти же проблемы Сеченов исследовал и во время годичного отпуска в 1867 году — официально по поводу лечения кожной аллергии, возможно, связанной с обращением в Сенат академика Медико-Хирургической академии Исидора с просьбой сослать Сеченова «для смирения и исправления» в Соловецкий монастырь «за предерзостное душепагубное и вредоносное учение». Большую часть этого отпуска он провел в Граце, в лаборатории своего венского друга физиолога и гистолога профессора Александра Роллета (1834—1903). Работая в Академии, принимал участие в организации в Севастополе научно-исследовательской морской биологической станции (ныне Институт биологии южных морей имени А. О. Ковалевского НАН Украины).

Покинув в 1870 году академию в знак протеста против «дискриминации дам» и забаллотирования рекомендованных им И. И. Мечникова и А. Е. Голубева, работал в химической лаборатории Д. И. Менделеева в Петербургском университете и читал лекции в Клубе художников. В 1871—1876 годах заведовал кафедрой физиологии в Новороссийском университете в Одессе. В 1876—1888 годах был профессором отделения анатомии, гистологии и физиологии кафедры зоологии физико-математического факультета Петербургского университета, где в 1888 также организовал отдельную физиологическую лабораторию[1]. Одновременно читал лекции на Бестужевских высших женских курсах, одним из основателей которых он был. Позднее он преподавал на женских курсах при обществе учительниц и воспитательниц в Москве. Вначале под влиянием идей Шарко ошибочно полагавший, что гениальные на столетия опережавшие уровень развития науки его времени предвидения И. М. Сеченова объяснялись состоянием аффекта, но затем сам возражавший против фальсификаций биографии И. М. Сеченова, лауреат Нобелевской премии И. П. Павлов считал невозможным правильно понять её без знания, что описываемые в «Что делать?» события предвосхитили роман И. М. Сеченова. Следует отметить, что хотя Н. Г. Чернышевский писал о восьми прототипах, в том числе, двух женщинах, основным прообразом «особенного человека» Рахметова действительно был шурин И. М. Сеченова, политкаторжанин, ссыльнопоселенец, в будущем — видный военный деятель царской России, генерал-лейтенант в отставке, Владимир Александрович Обручев[4]. Но вопреки распространённому мнению, несмотря на поддержку женского движения, дружбу семей и сотрудничество просветителей Н. Г. Чернышевского и И. М. Сеченова и сходство биографий героя романа «Что делать?» доктора Кирсанова и И. М. Сеченова, Веры Павловны и супруги И. М. Сеченова, учившейся у него вместе с Н. П. Сусловой, впоследствии доктора медицины, хирургии и акушерства офтальмолога Марии Александровны Боковой (в девичестве Обручевой — дочери генерал-лейтенанта Александра Афанасьевича Обручева), роман не был основан на реальных событиях жизни И. М. Сеченова. Как тонкий эстет, театрал (близкий знакомый И. М. Сеченова драматург А. Н. Островский даже написал труд «Актёры по Сеченову», в котором предвосхитил некоторые открытия Станиславского), любитель итальянской оперы, меломан и музыкант, поддерживавший Иванова, Антонину Нежданову, М. Е. Пятницкого, он не мог разделять эстетическую теорию Чернышевского и не мог быть прототипом героя романа «Отцы и дети» Базарова[8] . Скорее, Н. Г. Чернышевский мог считать его прообразом Павла Петровича Кирсанова, и тогда понятен выбор Н. Г. Чернышевским фамилии героя Александра Кирсанова в романе, который он считал ответом на «Отцы и дети» И. С. Тургенева. И. М. Сеченов как создатель собственной стройной философии не мог разделять и метафизику Чернышевского. Противник любых медицинских и социальных экспериментов на людях И. М. Сеченов «как любой большой учёный, был инакомыслящим» (цитата из письма его родственника академика П. Л. Капицы) с точки зрения и бюрократии, и либералов, и «нигилистов». В 1887 году постановлением Тверского епархиального суда брак Марии и Петра Боковых был расторгнут, после этого И. М. Сеченов и М. А. Бокова скрепили свой давний фактический союз таинством венчания. Они превратили фамильное имение Обручевых Клепенино в образцовое имение России. Сеченов — не только дедушка русской кибернетики, но и двоюродный дед знаменитого учёного в области кибернетики, вычислительной техники, математической лингвистики, продолжателя исследований и педагогической деятельности И. М. Сеченова в сфере теоретической, математической и кибернетической биологии, в том числе, эндокринной системы, члена-корреспондента Академии наук А. А. Ляпунова. А. А. Ляпунов активно участвовал в борьбе с во многом основанными на не имеющих ничего общего с жизнью и трудами И. М. Сеченова официальных биографиях Сеченова «советским творческим дарвинизмом» (то есть, в сущности, антидарвинизмом, утверждающим, что на примере растений и животных можно доказать: все приобретённые качества как руководителей партии и государства, так и эксплуататоров и врагов народа наследуются всеми потомками независимо от воспитания и образа жизни, даже если «сын за отца не отвечает»), не имеющей никакого отношения к И. П. Павлову «павловской физиологией», «советским нервизмом», «созданием нового человека (в лагерях)», никак не связанной с И. В. Мичуриным «мичуринской биологией», оккультной телеологией и витализмом, названными в СССР «материализмом» и приписываемыми И. М. Сеченову и И. П. Павлову. Сформулированное задолго до «Протестантской этики и духа капитализма» Макса Вебера учение И. М. Сеченова о связи этики с развитием народного хозяйства и о том, что для достижения подлинной свободы воли миряне, подобно монахам, должны непрерывно работать над собой и стремиться к своему индивидуальному идеалу рыцаря или дамы, не имеет ничего общего с «Орденом меченосцев» и «созданием нового человека» в трактовке Сталина. Ещё при жизни И. М. Сеченова рассматривавший его труды как явление боготворимой им русской словесности, подобно тому как французы считают Бюффона одним из создателей литературного языка, М. Е. Салтыков-Щедрин считал наиболее ярким свидетельством падения умственного уровня попытки как-то иначе отражать чёткие филигранные формулировки такого непревзойдённого мастера слова, как И. М. Сеченов, даже средствами музыки. Но официальные биографы Сеченова в СССР переформулировали сущность трудов Сеченова в стандартном ключе пропагандистских газетных клише 50-х годов ХХ века и приписывали все его успехи «партийному руководству его научной работой», игнорируя его дружбу с А. А. Григорьевым, И. С. Тургеневым, В. О. Ключевским, Д. В. Григоровичем, Ф. М. Достоевским, семьёй Боткиных, в том числе, другом Карла Маркса В. П. Боткиным — и они, и И. М. Сеченов, никогда не были марксистами (то есть, сторонниками всеобъемлющего иррационального «диалектического материализма» И. Дицгена, кардинально отличающегося от рационалистической «материалистической диалектики» самого Маркса). Биографы И. М. Сеченова поэтому с целью организации репрессий против всегда сомневавшихся в достоверности «материалистических биографий» академика многочисленных родственников И. М. Сеченова и напечатали нашумевшие статьи «Семантический идеализм — философия империалистической реакции», «Кибернетика — наука мракобесов», «Кому служит кибернетика», объявившие кибернетику лженаукой, а научный метод И. М. Сеченова — «механицизмом, превращающимся в идеализм». И. М. Сеченов, получивший солидное инженерное и физико-математическое образование и эффективно применявший его в своей научной и педагогической деятельности, конечно, использовал и тот подход, который был назван позднее кибернетикой. Он сам подготовил, хотя и не издал, курс высшей математики. По мнению академика А. Н. Крылова, из всех биологов только Гельмгольц, известный и как крупный математик, мог знать математику не хуже Сеченова. Ученик Сеченова А. Ф. Самойлов вспоминал: «Мне представляется, что облик Гельмгольца — физиолога, физиолога-философа и облик И. М. Сеченова близки, родственны друг другу и по характеру круга мыслей, их привлекавших и захватывавших, и по умению утверждать свою позицию трезвого естествоиспытателя в областях, где царила дотоле спекуляция философов». И. М. Сеченов — президент I Международного психологического конгресса в Париже в 1889.

С 1889 года — приват-доцент, с 1891 — профессор физиологии Московского университета. В 1901 вышел в отставку, но продолжал экспериментальную работу, а также преподавательскую деятельность на Пречистенских курсах для рабочих в 1903—1904 годах. Его друг, коллега и историк науки К. А. Тимирязев резюмировал: «Едва ли какой из современных ему физиологов… обладал таким широким охватом в сфере своих собственных исследований, начиная с чисто физических исследований в области растворения газов и кончая исследованием в области нервной физиологии и строго научной психологии… Если прибавить к этому блестящую, замечательно простую, ясную форму, в которую он облекал свои мысли, то станет понятно то широкое влияние, которое он оказал на русскую науку, на русскую мысль даже далеко за пределами своей аудитории и своей специальности»

Труды учёного

Развитие физиологии

К 1863—1868 годам относится окончательное формирование физиологической школы Сеченова. Ряд лет он со своими учениками занимался физиологией межцентральных отношений. Наиболее существенные результаты этих исследований опубликованы в его работе «Физиология нервной системы» (1866).

Сеченов много переводил, редактировал переводы книг зарубежных учёных в области физиологии, физики, медицинской химии, биологии, истории науки, патологии, причём труды по физиологии и патологии он кардинально перерабатывал и дополнял результатами собственных исследований. Например, в 1867 году вышло в свет руководство Ивана Михайловича «Физиология органов чувств». Переделка сочинения „Anatomie und Physiologie der Sinnesorgane“ von A. Fick. 1862—1864. Зрение», а в 1871—1872 годах под его редакцией в России был опубликован перевод труда Чарльза Дарвина «Происхождение человека». Заслугами И. М. Сеченова являются не только распространение дарвинизма в России, где, например, А. Н. Бекетов пришёл к эволюционным идеям независимо от Уоллеса и Дарвина, но и проведенные им впервые в мире синтез физико-химических и эволюционной теорий и приложение идей дарвинизма к проблемам физиологии и психологии. И. М. Сеченов по праву может считаться предшественником современного развития эволюционной физиологии и эволюционной биохимии в России.

С именем Сеченова связано создание первой всероссийской физиологической научной школы, которая формировалась и развивалась в Медико-хирургической академии, Новороссийском, Петербургском и Московском университетах. В Медико-хирургической Академии независимо от Казанской школы Иван Михайлович ввёл в лекционную практику метод демонстрации эксперимента. Это способствовало возникновению тесной связи педагогического процесса с исследовательской работой и в значительной степени предопределило успех Сеченова на пути создания собственной научной школы.

Организованная учёным в Медико-хирургической академии физиологическая лаборатория была центром исследований в области не только физиологии, но также фармакологии, токсикологии и клинической медицины.
Осенью 1889 года в Московском университете учёный прочёл курс лекций по физиологии, который стал основой обобщающего труда «Физиология нервных центров» (1891). В этой работе был осуществлён анализ различных нервных явлений — от бессознательных реакций у спинальных животных до высших форм восприятия у человека. Последняя часть этого труда посвящена вопросам экспериментальной психологии. В 1894 году он публикует «Физиологические критерии для установки длины рабочего дня», а в 1901 — «Очерк рабочих движений человека». Существенный интерес представляет также работа «Научная деятельность русских университетов по естествознанию за последнее двадцатипятилетие», написанная и опубликованная в 1883 году.

Исследования головного мозга. Центральное торможение

Ещё в «Тезисах» к докторской диссертации Сеченов выдвинул положение о своеобразии рефлексов, центры которых лежат в головном мозге, и ряд идей, способствовавших последующему изучению головного мозга.
В Париже в лаборатории члена-корреспондента Санкт-Петербургской академии наук Клода Бернара (1862) Иван Михайлович экспериментально проверил гипотезу о влиянии центров головного мозга на двигательную активность. Он обнаружил, что химическое раздражение продолговатого мозга и зрительных бугров кристалликами поваренной соли задерживало рефлекторную двигательную реакцию конечности лягушки.

Опыты были продемонстрированы Сеченовым Бернару, в Берлине и Вене Дюбуа-Реймону, Людвигу и Э. Брюкке. Таламический центр торможения рефлекторной реакции был назван «сеченовским центром», а феномен центрального торможения — сеченовским торможением. Статья, в которой Сеченов описал явление центрального торможения, появилась в печати в 1866 году. По свидетельству Чарльза Шеррингтона (1900), с этого момента стало принятой доктриной предположение о тормозящем влиянии одной части нервной системы на другую, высказанное ещё Гиппократом, всеобщему признанию и научности этого предположения Гиппократа мешали представления о необходимости существования для этого всеобъемлющей системы тормозящих нервов, отсутствие которой доказал Сеченов открытием центрального торможения.

В том же году Сеченов опубликовал работу «Прибавления к учению о нервных центрах, задерживающих отражённые движения», в которой обсуждался вопрос, имеются ли в мозгу специфические задерживающие механизмы или действие тормозных центров распространяется на все мышечные системы и функции. Так была впервые выдвинута концепция о неспецифических системах мозга.

Позднее выступает с публичными лекциями «Об элементах зрительного мышления», которые в 1878 году были им переработаны и опубликованы под названием «Элементы мысли». В 1881—1882 годах Сеченов начал новый цикл работ по центральному торможению. Им были открыты самопроизвольные колебания биотоков в продолговатом мозге.

Сеченов и психология

Иван Михайлович углублённо изучал различные направления философии и психологии, полемизировал с представителями разных философско-психологических направлений— П. Л. Лавровым, Константином Кавелиным, Г. Струве. В 1873 году были опубликованы «Психологические этюды», объединившие «Рефлексы головного мозга» (4-е издание), возражения Кавелину и статью «Кому и как разрабатывать психологию». Сеченов применял психологию в педагогической и общественной деятельности, участвовал в работе новых судов присяжных в качестве присяжного заседателя и дружил со многими известными судебными деятелями, был мировым посредником в спорах между крестьянами и помещиками. Важнейшее значение вклада Сеченова в психологию состояло в «… радикальном перемещении отправного пункта психологического мышления с непосредственно данных феноменов сознания, веками считавшихся для познающего ума первой реальностью, к объективному поведению», писал Михаил Ярошевский. Это была, по выражению Ивана Павлова, «… поистине для того времени чрезвычайная попытка… представить себе наш субъективный мир чисто физиологически».
В 1890-х годах Сеченов выступает с циклом работ по проблемам психофизиологии и теории познания («Впечатления и действительность», 1890; «О предметном мышлении с физиологической точки зрения», 1894), существенно перерабатывает теоретико-познавательный трактат «Элементы мысли».

Опираясь на достижения физиологии органов чувств и исследования функций двигательного аппарата, Иван Михайлович развивает идеи о мышце как органе достоверного познания пространственно-временных отношений вещей. Согласно Сеченову, чувственные сигналы, посылаемые работающей мышцей, позволяют строить образы внешних предметов, а также соотносить предметы между собой и тем самым служить телесной основой координации движений и элементарных форм мышления. Эти идеи о мышечной чувствительности стимулировали разработку современного учения о механизме чувственного восприятия. Впервые «мышечное чувство» (проприоцепция) было открыто И. М. Сеченовым задолго до президента Британского королевского общества (аналог Академии наук) Шеррингтона, признававшего приоритет «русского учёного», но в 1932 году единолично награждённого после смерти нашего гения присуждаемой только живым исследователям Нобелевской премией за полученные им и И. М. Сеченовым результаты.

Сеченов отстаивает рационалистическую трактовку всех нервно-психических проявлений (включая сознание и волю) и тот подход к организму как целому, который был воспринят современной физиологией и психологией.

Источник: ru.wikipedia.org

Газета 1+1